На Хрустальном Нагорье всё звенело и переливалось. Маленький дракончик Огнехвост очень старался. Он строил Великую Башню из прозрачных камней. Его когти осторожно цепляли каждый кристалл. Щёлк! Дзынь! Башня росла всё выше, прямо к облакам. Огнехвост даже затаил дыхание, чтобы не пошатнуть постройку. В его груди теплился маленький огонёк гордости. «Я сам построю самую высокую башню в мире!» — думал он, и его чешуя радостно поблёскивала на солнце, словно россыпь драгоценных искр.
Остался самый последний, самый острый кристалл. Огнехвост вытянул лапу, его хвост напрягся и замер. Он почти коснулся верхушки, как вдруг вредная горная муха прожужжала прямо над его ухом. Ж-Ж-Ж! Дракончик вздрогнул. Его лапа дернулась, и самый нижний камень предательски выскользнул. В ту же секунду вся башня, которую он строил целое утро, начала медленно крениться в сторону. Сердце Огнехвоста пропустило удар, а в горле стало горячо, как в печке.
Б-БА-БАХ! ТРАХ-ТИБИДОХ! Хрустальные камни с грохотом посыпались вниз, разлетаясь во все стороны. Башня превратилась в груду бесполезных осколков. Тишина, наступившая после обвала, была ужасной. Огнехвост замер, глядя на свои пустые лапы. Внутри него что-то щёлкнуло. Его маленький огонёк гордости мгновенно превратился в ревущее пламя. Уши прижались к голове, а зубы крепко сжались. В животе стало так жарко, будто он проглотил целое солнце, которое теперь требовало выхода наружу.
— НЕТ! ЭТО НЕЧЕСТНО! — закричал Огнехвост. Он чувствовал, как гнев бежит по его венам, обжигая изнутри. Он хотел топнуть так, чтобы гора задрожала! Дракончик не выдержал и выпустил струю ярко-оранжевого пламени. ПФФФ-ХХХ! Огонь был таким сильным и быстрым, что Огнехвост даже сам испугался. Жар ударил в лицо, а перед глазами всё поплыло от злости. Ему хотелось сломать всё вокруг, чтобы все узнали, как сильно ему сейчас обидно и больно.
Когда дым немного рассеялся, Огнехвост ахнул. Его случайный огонь задел любимый Лунный Цветок сестры, который рос неподалёку. Нежные лепестки почернели и свернулись от жара. Дракончик замер, его гнев мгновенно сменился ледяным ужасом. «Что я наделал? — прошептал он. — Я всё испортил. Я опасный. Мой огонь — это плохо». Ему захотелось спрятаться в самую глубокую пещеру, где никто не увидит его пламя. Он чувствовал себя ужасным монстром, который умеет только разрушать и обжигать.
Огнехвост забился в угол между скал и обхватил хвост лапами. Из его ноздрей всё ещё вылетали маленькие злые искорки. Он злился на муху, на камни и больше всего — на самого себя. «Я не должен злиться. Хорошие драконы не жгут цветы», — твердил он себе. Но пламя внутри не угасало, оно ворочалось в груди тяжёлым горячим комом. Ему казалось, что он вот-вот взорвётся от этой тяжести, и никто во всём мире не захочет подойти к нему близко.
Вдруг по скалам пополз странный серебристый туман. Он был прохладным и пах черникой и дождём. Из тумана бесшумно вынырнул кот Дымок. Его мех светился мягким голубым светом, а хвост напоминал пушистое облако. Кот не убежал, увидев искры Огнехвоста. Наоборот, он подошёл совсем близко и сел рядом, обвив лапки пушистым хвостом. Дымок посмотрел на дракончика своими спокойными глазами, и Огнехвост почувствовал, как от кота исходит удивительная, успокаивающая прохлада, похожая на глоток чистой воды.
— Ого, какой у тебя мощный пожар внутри! — мурлыкнул Дымок. Его голос звучал мягко, без капли страха. — Ты сейчас настоящий вулкан, Огнехвост. Я чувствую, как тебе жарко. Дракончик удивлённо шмыгнул носом: — Ты разве не боишься? Я ведь могу тебя обжечь! Я плохой, я испортил цветок и сломал башню. Кот Дымок лишь повёл ухом и пододвинулся ещё ближе. — Злиться — это не значит быть плохим. Это значит, что твоя сила просто ищет выход.
— Твой огонь — это часть тебя, — продолжал Дымок, и его мех замерцал ярче. — Когда что-то идёт не так, огонь вспыхивает, чтобы защитить тебя. Это просто сигнал, как гром перед дождём. Ты расстроен из-за башни, и это нормально. Любой бы на твоём месте почувствовал этот жар. Огнехвост посмотрел на свои лапы. Жар в груди стал чуть тише, перестав обжигать горло. — Но я ведь всё испортил... — прошептал он. — Мы это исправим, — уверенно ответил кот.
— А теперь прикоснись ко мне, — предложил Дымок. — Не бойся, мой мех нельзя обжечь, он сделан из горного тумана. Огнехвост осторожно протянул горячую лапу и погрузил её в густую шерсть кота. О-О-ОХ! Это было невероятно. Прохлада Дымка не тушила его огонь, а мягко обнимала его. Жар внутри дракончика перестал быть колючим и злым. Он стал тёплым и уютным, как камин в зимнюю ночь. Огнехвост закрыл глаза, чувствуя, как напряжение в плечах и хвосте медленно тает.
— Видишь? — прошептал Дымок. — Ты — хозяин своего огня, а не он твой командир. Скажи своему гневу: «Я тебя вижу, ты очень сильный, но сейчас я буду дышать». Огнехвост глубоко вздохнул. Вдох — прохладный туман, выдох — мягкое тепло. Он больше не чувствовал себя монстром. Он чувствовал себя сильным драконом, который просто очень устал строить башню. Цветок сестры можно было вылечить магической пыльцой, а камни... камни всё ещё лежали здесь, готовые к новой игре.
Огнехвост открыл глаза и улыбнулся. Его чешуя больше не пылала красным, она светилась ровным золотистым светом. Дымок потёрся головой о его крыло, оставляя приятный холодок. Дракончик поднял один кристалл и аккуратно положил его на землю. Он знал, что сегодня башня может и не вырасти до небес, и это тоже ПРАВИЛЬНО. Он положил лапу на сердце, чувствуя там спокойное, доброе тепло. Теперь у него был секрет: его огонь — это его суперсила, которой просто нужно иногда помогать остыть.
