
Серёжа строил из кубиков высокую башню. Вдруг верхний блок соскользнул, и вся башня с грохотом рассыпалась по ковру. Серёжа крепко сжал кулаки. В груди загудело что-то горячее и колючее, будто внутри надулся тяжёлый шар. Мальчик хотел пнуть кубик носком сандалика, но заметил под диваном странное движение.

Из пыльного угла выкатился круглый медный компас со стеклянной крышкой. Серёжа нагнулся и поднял его. Стрелка компаса кружилась без остановки и указывала прямо в темную щель за батареей. Серёжа полез за стрелкой, зажмурился от яркого блеска и кубарем скатился на мягкую поляну, усыпанную шуршащими сухими листьями.

Листья под ногами звенели, как стеклянные колокольчики. Серёжа взял один листок в ладонь. Тот сразу вспыхнул оранжевым светом и согрел пальцы. Мальчик шагнул по тропинке и наступил на синий мох. Мох был скользкий и мокрый, как тающий лёд. Серёжа поёжился от холода и услышал громкое бульканье за кустом.

На пне сидел ушастый зверёк Тюпа. Он то надувал щёки, то дул в пустую дудочку, издавая смешной звук «буль-хлюп». Увидев мальчика, Тюпа взмахнул длинными ушами и пропищал: «Кто здесь пыхтит, как чайник? Чайник закипел?» Серёжа насупился: «Ничего я не чайник!» Тюпа спрыгнул с пня и потянул Серёжу за рукав.

Впереди дорогу перегородила огромная туча из колючих мыльных пузырей. Она шипела, искрила красными искрами и не пускала дальше. Серёжа почувствовал ту же колючую тяжесть внутри, что и дома возле разбитой башни. Мальчик топнул ногой и сердито крикнул: «Уходи!» Но туча от крика стала ещё больше и закрыла всё небо.

Тюпа замахал ушами и принялся изо всех сил дуть в дудочку, чтобы прогнать тучу. «Буль-хлюп! Исчезай, колючка!» — верещал зверёк. Однако туча только надулась сильнее и брызнула горячим паром прямо под лапы Тюпе. Зверёк кувыркнулся назад, выронил дудочку и спрятался за спину Серёжи. Стало ясно, что криком делу не помочь.

Туча нависла совсем низко, заслоняя путь к выходу. Красные искры затрещали у самых сандаликов Серёжи. Мальчик замер и прижал ладонь к груди. Внутри всё горело от обиды. Тюпа выглянул из-за плеча и тихо свистнул: «Когда внутри кипит, надо сначала понять, что это за зверь рычит. Назови его по имени!»

Серёжа вдохнул прохладный воздух и громко сказал: «Это злость! Я злюсь, потому что башня сломалась!» В ту же секунду туча перестала трещать. Она съёжилась до размера пушистого футбольного мяча и плюхнулась на траву. Злость оказалась вовсе не страшной, а просто уставшей и горячей. Тюпа осторожно ткнул её лапкой и хихикнул.

Серёжа вспомнил про тяжёлый шар в груди. Он глубоко вдохнул носом и медленно выдохнул через рот, будто остужал горячий чай. Он подул на пушистый мяч раз, другой, третий. С каждым выдохом злость остывала, пока не превратилась в прозрачную мыльную капельку. Капелька звонко лопнула, оставив после себя запах свежей земляники и чистую тропинку.

Компас на поясе щёлкнул, и Серёжа снова оказался на своём ковре среди разбросанных деревянных кубиков. В комнате было тихо и тепло. В груди стало легко и спокойно. Серёжа сел рядом с кубиками, улыбнулся и положил первый брусок, чтобы построить новую крепкую башню. Вечерний свет мягко ложился на деревянные гладкие детальки.